May 11th, 2007

на днях задала вопрос, который в последний раз спрашивала у себя году в девяносто восьмом... "где я?

нельзя столько пить, нет, нельзя...
вчера, позавчера...
я и так глупа неимоверно, а тут еще проблема с пьянством.
а что потом?
воровство?
тюрьма?
отчаянная лагерная проза на нарах?
нобелевская премия за вклад в литературу?
всемирное признание?

(no subject)

Однажды я влюбилась так страстно и безответно, что напилась. А на следующий день не могла понять: это такое сильное похмелье или такая сильная любовь?

А моя подруга однажды полюбила таксиста. Он пару раз приезжал за ней, потом оставил свой номер телефона и она вызывала уже только его. И он мчался через весь город, чтобы перевезти девушку с одной улицы на другую. Ей быстрее было бы даже пешком, но вы же понимаете… И он понимал, и она понимала… Можно было ехать и молчать, но они оба знали, о чем молчат. И улыбались одновременно своим одновременным мыслям.
И было не просто замечательно, было ХО-РО-ШО. Как раз тот сладкий период в отношениях, когда ничего не было, но мысленно все уже случилось.
Биение в висках.
Бабочки внизу живота.
И еще он смеялся очень хорошо.
И они так ездили полгода примерно. Он однажды не выдержал и говорит: «Люблю». Она счастливая была! Игорем его звали. Они лбами друг к другу прижались, так и просидели. И было не просто замечательно, было ХО-РО-ШО.
И все закончилось в один страшный день. Он ехал на машине. На этом самом такси. Заехал за ней. И не надо было этого ей говорить, но она сказала: «Давай остановимся вон у того ларька и купим сигарет». И не надо ему было соглашаться, но он сказал: «Давай, мне тоже нужно». Они вышли у ларька и вдруг она поняла, что ни разу за эти полгода безмолвной страсти не видела его в фас. Он же все время прямо смотрел, пока машину вел, профилем был. А в фас это оказался совершенно незнакомый человек.
И еще он оказался на две головы ее ниже. Сама не высокая, но он-то вообще пупок.
Она его бросила уже тогда, когда платила за сигареты. А он как будто все понял. Или тоже ее первый раз в жизни в фас увидел.
Больше даже не созванивались.

(no subject)

В одном московском театре работает уборщица, которой уже лет 150, наверное. Она давно ничего не убирает, не получает зарплату, но на работу ходит каждый день исправно. Потому как ходила сюда всю свою жизнь и будет ходить всегда. Менялись руководители театра, на ее глазах актеры становились заслуженными, народными, потом и вовсе умирали, люди уходили и приходили, но она была неизменна. И вот ее спрашивают: «Валентина Александровна, вы столько работаете здесь, стольких актеров повидали, с Раневской водку пили, молодого Евстигнеева помните. Да мало ли кого видели! Ну и как вам актеры вообще? Что они за люди?» А она:

- Да как. Нагримуются и ходят, как говны.