Алеся Петровна (eprst2000) wrote,
Алеся Петровна
eprst2000

Categories:

Дядя Вова

Дядя Вова – это мой самый любимейший человек на площадке. Он бригадир постановщиков. Дядя Вова из тех, кого никогда не видно в кадре. Зато благодаря ему в том числе (нельзя, конечно, сказать, что только благодаря ему) кадр выглядит так, как хочет режиссер, оператор и художник-постановщик. Дядя Вова умеет построить декорацию, умеет сломать ее, если это нужно. Может построить точно такую же, какую сломал пять минут, если это опять же необходимо (в кино так зачем-то бывает иногда). Дядя Вова знает, что такое «двигаем стул на микрон левее по кадру». Он точно знает, что такое микрон и чем микрон отличается от мини микрона. Уходишь из павильона и говоришь «Спокойной ночи, дядя Вова!», возвращаешься в павильон и здороваешься «Доброе утро, дядя Вова!» А дядя Вова оттуда и не уходил. Плывут пароходы - привет мальчишу! Летят самолеты - опять здорова, дядя Вова.



Вот, например. Декорация к съемкам готова. Ждем.



Вот это называется «А теперь давайте подвинем на микрон левее». А ты стоишь, помахиваешь сценарием и смотришь, как другие работают. Дядя Вова скрыт в этом кадре за бокалами.



Чьи заботливые руки тянутся поставить бокал на место? Ну чьи? Кто этот человек?



Конечно же, Дядя Вова. Он бережно и трепетно ставит бокал в центр хрустальной композиции. Слово «ёбнется» витает в воздухе.



По сюжету Анжелика Варум должна была сесть на месяц, его поднимают вверх и он качается из стороны в сторону. Мне всегда интересно попробовать самой. Во-первых, надо проверить, во-вторых, я люблю, когда меня катают. Художник-декоратор Олег, наверное, спрашивает в этот момент: «Ну как?» Для удобства сидения был заготовлен спецстул (вон он лежит). Слово «точно ёбнусь» как бы написано на моем белом лице, но все прошло хорошо.



У артистов потом этот кадр получился тоже красиво. Ну не так эффектно, как у нас с Олегом, но так тоже можно.



Очень часто на съемках два взрослых человека (или не два, а сто два) часами спорят на какую-нибудь прекрасную тему типа «А каким должен быть размер капель на бутылках?» Люди в такие моменты могут стать врагами навсегда, ненавидеть друг друга, желать самого худшего и проклинать. Еще обычно они клянутся не работать больше вместе никогда и чтобы я тебя на площадке больше не видел!!! А потом они работают еще лет пятьдесят, целуются в десны и очень рады видеть друг друга. На фото я и Сережа Шульц. Сценка на тему «А куда мы поставим этот стул?»



«Я думаю, Сережа, стул должен стоять здесь!»



«А я думаю, Алеся, что здесь! И не маши на меня руками!»



«Артистка вот тут будет поворачиваться, Сережа! Стул ей помешает!»
135.47 КБ


«Поэтому ставим его туда и не спорь!»



«Или не туда?»



Стул потом переставляли. Она пошла не туда и поворачивалась не там.



Режиссер Михаил Хлебородов ставит задачу Валерию и Константину Меладзе.



Дядя Вова по команде «Дядя Вова!» двигает кулису.



Поет. Кстати, не хуже брата.



Тодес и актеры массовых сцен репетируют веселый и задорный танец.



Еще одна замечательная профессия на площадке. Дублер по свету. Чтобы не мучить артиста, в кадр ставят человека, который примерно одинаковый с ним по росту. В идеале человек должен быть в похожей по цвету одежде, но не обязательно. Оператор по дублеру определяет, как будет падать свет на лицо, как выглядит композиция кадра и т.д. У микрофона стоит как раз такая дублерша, которая дублирует Ларису Долину пока Лариса Долина гримируется. Оркестр рассаживается по местам, Тодес уже отрепетировал и снял обувь. А один раз мы выставляли свет по дублеру Михаила Боярского. Все приготовили, зовем артиста в кадр, а он садится в шляпе с большими полями и мне дали пинков за то, что надо думать, что делаешь, Алеся! Включи голову!



Оранжевый мешок называется sandbag. Его обычно вешают на ножки осветительских приборов, штативы в качестве укрепителя и утяжелителя. В данном случае sandbag положили, чтобы артистка не сходила с точки. Снимается ее крупный план и если она будет двигаться вперед или назад, то выйдет из фокуса.



Все приготовились, камеры!, начали!, блестки сыпятся, еще дубль, еще дубль!, сменим крупность, дубль, еще дубль!, теперь общий план, поправим грим, теперь крупный план, теперь дубль без блесток, почему балет не улыбается?!, нужен дубль с улыбающимся балетом, еще дубль, поправим костюм, теперь сменим крупность, где балет?!, куда ушел балет?!, он ушел в туалет, потому что шесть часов скачет без остановки, поправим грим, уберите уборщицу из кадра!, дубль без уборщицы, еще дубль!, всем спасибо, смена окончена.



Категорически приближался новый год.



Красиво. Я люблю так.



В лесу за мониторами притаилась режиссерская группа.



"Гарик, поправь бабочку".


То, на чем она сейчас стоит, называется apple box. Используется, как правило, чтобы поднимать на нужную высоту актеров в кадре. Эта необходимость может не зависеть от роста актеров. И высоких дяденек тоже иногда ставят на эти ящики. Они бывают разной высоты. Высоты называют двадцаточками, десяточками и пятерочками. Например, относительно этих елок актриса должна быть в кадре чуть выше, принесем десяточку. А чаще всего на apple box`сах сидят светики и играют в плейстейшн.



Поправочки по гриму, звукорежиссер подкладывает микрофон в стойку декорации. Внимание, тишина на площадке! Мы пишем чистый звук, выключаем мобильные телефоны и плейстейшены!



Мотор!



Начали!



«У нас мотор. Я не могу говорить! Не могу! Я ГОВОРЮ, ЧТО НЕ МОГУ ГОВОРИТЬ!!!»



Кристина Орбакайте на лонжах. Это такие приспособления, которые используются в кино для прыжков и полетов. Привет Матрице. Летать в них больно, сложно и неудобно. Артисты терпят. А потом лонжи затирают на компьютерной графике. И получается сама по себе летающая артистка.



Его зовут Марьян. Тоже дублер по свету. По левому краю в кадр входит дядя Вова. Реквизитор двигает бокальчики, осветитель на стремянке вешает прибор. Все работают, где я – непонятно. Наверное, сижу на apple box и зырю.



А пока я где-то на что-то зырю, у режиссерских мониторов небольшая заварушка. «Да вот же формат кадра!» - говорит, наверное, оператор Сережа Шульц и показывает рукой в конкретное место.



«Где формат кадра?» - как бы спрашивают остальные и тоже куда-то смотрят.



А нет. Вот я пришла покомандовать. «Шампанское наливаем сюда!»



На стремянке бригадир осветителей Саша Егоров.



А заварушка тем временем продолжается. «Я же говорил, что формат кадра – этот». А может они и не про формат говорили. Мне просто нравится, что у всех значимые лица.



Вот я опять пришла. «Нет, шампанское мы поставим так!» - как бы говорю я художнику-декоратору Олегу.



«Нет, так!» - как бы отвечает он мне.



«Формат этот и не спорте!» - как бы говорит высокий Володя, механик камеры, когда все уже разошлись по своим съемочным делам. «Слушай, точно этот». – «Вай, вай! Позовем других посмотреть?» - «Да ну…»



Человек называется фокусник. Меряет фокусное расстояние. Я сижу. Зырю.



А потом пришли артисты. Гарик Харламов и Виктория Дайнеко.



Гарик просто прекраснейший человек, с ним очень приятно работать. Он не капризный и без звезды.



Все камеры снимают Викторию Дайнеко. Поэтому снег идет только за тем окном, которое за ее спиной.



Оператор Сережа Шульц и Гарик Харламов.



Оператор Сережа Шульц и бутылка шампанского.



А теперь камеры снимают Гарика.



По сюжету это была имитация кино про мистера и миссис Смит.



Думаю. Наверняка какую-то ерунду. Например, я думаю "Ну какого хера?"



Прибежали фокусники с рулетками. Опять меряют.



Актеры поют финальную песню. Снег взмывает вверх кинематографично, игривой волной. Как раз так, как не хочет режиссер. После дубля за это получим.



Ждем чего-то. «Алеся, чего мы ждем?», «За чей счет стоим?», «Алеся, что происходит, почему не снимаем?» Эти и другие вопросы обычно интересуют продюсеров в такие моменты. Я сторожу декорацию, потому что...



...потому что мы ждем вон того человека, который сидит в правом углу и его почти не видно. Этого человека лучше не торопить, потому что он пиротехник и ставит заряды в стену, которые будут имитировать попадания пуль. Этого человека лучше вообще никогда не торопить! Пусть он сделает и будет во всем уверен. Иной раз подходишь к пиротехнику и спрашиваешь: «Если актеры будут стоят здесь, то это безопасно? Не слишком близко к месту взрыва?» А он коммутирует провода, держит их в зубах и сквозь них говорит: «Да нееет! Все нормально! Не волнуйся!» А потом еще делает убедительный жест рукой, похлопает по плечу, мол, не ссы ты, Алеська. А на руке нет трех пальцев.



Дядя Вова пришел заклеивать обоями дырочки, которые просверлил пиротехник. Заранее их не должно быть видно. Дядя Вова был недоволен дырочками и пиротехник его как бы боялся.



Режиссер-постановщик Михаил Хлебородов показывает. Я зырю.



«А стоять, Вика, с ружьишком вы будете здесь!»



Начали!



Дублер по свету может стоят так час. Про него иногда можно забыть и он будет стоять два. Стараюсь так не делать, но всякое бывает.



Пришел. Проверяем свет.



Поправки по свету. Ушел.



Пришел. Начали! С этих съемок меня увезли в больницу.



На этих съемках меня не было, как раз болела. Говорят, что Ревва просто чудо как прекрасен и вся группа каталась со смеху весь день.



Режиссер ставит задачу. Артисты по-разному относятся к режиссерской задаче. Могут вынуть душу вопросами на тему "А о чем я должен думать, каков мой внутренний монолог, когда я иду по улице?" А идет он по улице на общем плане и при том спиной к камере. А другие артисты забегают в гримерную и спрашивают: "Привет! После кого я сегодня говорю?"



Марьян символизирует собой Александра Ревву.



Александр Ревва символизирует себя.



Готовимся снимать номер Софии Ротару. Дядя Вова на посту, балет уже в гриме и костюме, в центре балета – дублерша.



Человек с блестящей головой – Игорь, хореограф Тодеса. Ставит всех по центру кадра.



София Михайловна в кадре, режиссер ставит задачу.



Приготовилисьвнимание!



А вот нет. Не внимание и не приготовились. Дядя Вова кому-то говорит что-то сдвинуть на микрон. Это волшебнейшее понятие микрон. В реальности оно может достигать полуметра.



Ну все! Начали?



Нет. Поправочки по гриму.



Режиссер волнуется. Я знаю это его выражение лица. Не дай бог стоять рядом в такой момент.



И еще поправочки пока режиссер волнуется.



Дядя Вова тут. Готов сдвинуть все на микрон к чертовой матери!



Ну вот! А теперь точно начали!



Оператор-постановщик Влад Опельянц. Снимал много чего, в том числе «Утомленные солнцем-2».



Крупный план артистки хотим на фоне елки. Переставляемся на елку. Балет фигурно лежит вперемешку со стремянками.



Не забываем про блестки. После съемок я эти блестки вытаскивала из самых неожиданных мест.



Еще хотим блесток! Больше! Еще больше! Дядю Вову узнали со спины?



Еще больше! У нас новый год!



Зайка под елочкой перевешивает игрушки левее по кадру.



А теперь все то же самое, но на общем плане и с танцующей массовкой. Сто десять дублей и по домам.



Репетиция. Реквизитор стоит со стратегически важной бутылкой напитка «Буратино», который символизирует шампанское на всех новогодних огнях.



Это моя любимейшая вещь на съемках. Называется dolly (операторская тележка на рельсах). Как же я люблю, чтобы меня на ней каталиии!



Вместе с Эдитой Пьехой на съемки пришли ее фанатки. Фанаткам лет по шестьдесят. Вежливо попросились в павильон, тихонечко сидели, застенчиво отказались от обеда и поехали провожать кумира на вокзал.



Можно не быть ее фанатом, но она такая необыкновенная, плавная, что собирала вокруг себя всегда небольшую свиту.



И опять начали, начали еще раз, снова и снова.



Марьян символизирует собой Дмитрия Нагиева. Я думаю, что у Марьяна универсальный рост и он примерно подходит под всех артистов.



А потом свет гаснет.



И приходит Дмитрий Нагиев.



А потом уходит, потому что поправки по свету.



А потом приходит и мы снимаем номер, который мой самый любимый. Он отлично сыгран и сделан!



Каждый хочет сфотографироваться с дядей Вовой.



Пришел. Сидит. Узнали?



Летящей походкой! Ты вышла из мая! И скрылась из глаз! В пеленеее января!
Важно, чтобы бенгальские огни были малодымными! Если взять обычные, то после каждого дубля в павильоне будет дымовая завеса и надо долго ждать.



Иногда для съемок не нужна вся массовка, а достаточно несколько рук по переднему плану. Тогда берутся самые несчастные, которые еще не успели разбежаться после команды «Актеры массовых сцен могут отдохнуть!» Снизу постановщики подают патроны. Песня длинная, они быстро прогорают, но тут же вручаются новые.



Юмористическая сценка «А по какой тарелочке вы будете бить? По этой?»



«Что и по этой тоже будете?»



«Я буду бить по всем без разбору и вот так эффектно вращать палочкой».



Отбоя от поклонников у дядя Вовы нет.



Новый год все ж таки. А на улице ни снежинки. В павильон заходишь, все в "снегу" и сразу становится холодно.



Сначала постановщики делают сугроб из синтепона.



А потом приходят специально заточенные люди и начинают поливать все бумажной влажной пылью. Снег еще бывает пенный. И целлофановый. И еще какой-то, который разводят с водой и он прохладный и как настоящий. Я люблю запускать пятерню и жать его. Этих людей так и называют - снеговики. Snow business, ёпта.



Оператор-постановщик Влад Опельянц закрывает рукой дядю Вову.



Но дядя Вова не сдается!



Дядя Вова притаился. Он будет травить провод от елки, когда ее повезут артисты в кадр.



Он всегда рядом и готов помочь.



И помогает.



Промазали.



А снег сыпали отсюда. Набираем ведра, еще дубль!



Смысл слов в песне такой: я обещал своей семье, что проведу с ними этот праздник, а сам на работе. Если вы знаете человека, который работает в кино и он жалуется на свою работу - не верьте ему. Он может ее проклинать, заламывать руки, возносить взгляд к небесам и закатывать глаза, стенать и биться головой об стену - не верьте этому. Все, кто работает в кино - ебнутые на всю голову. Они будут умирать в полях под сугробами, не спать сутками, не есть неделями, получать пинки от режиссера или продюсера, но ни-ког-да не уйдут. Нет, есть те, которые уходят. Это нормальные люди. Остальные - сумасшедшие и не верьте им.



Если стульчик не в кадре, то можно не снимать с него магазинную пленку. Реквизит дорогой, можно и поцарапать.



Заносим стулья! Выносим стулья! Нет! Опять заносим! Нет! Выносим! Заносим обратно срочно! А теперь белые выносим и ставим только коричневые! Ну что непонятного-то? Сразу нельзя догадаться? И быстро! Быстро!



Самый замечательный администратор на площадке Аня. На сцене Людмила Гурченко.



Людмила Марковна тоже всегда собирает вокруг себя свиту.



Режиссер у монитора, артистка в мониторе. Режиссер снимает, артистка снимается. Все, как у взрослых.



Это Вика, ассистент продюсера. Именно Вика увезла меня с площадки в больницу. Носилась со мной почти всю ночь.



Заключительные кадры, на сцену летят цветы. Приготовились!



Начали!



Подведет итог дядя Вова. Краткое содержание всех съемок. А вообще-то было очень здорово! Хочу еще раз так!
163.23 КБ


Фотограф и автор всех фотографий – Алексей Савельев. Леша, спасибо!
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author